События
Система гиблая
Две схожих, безнадежных омских истории – капля в море статистики гибели россиян в ДТП. Она продолжает расти, не смотря на «усилия»...
Фото ВКонтакте Цепная реакция

Опасности не миновали

Статистика дорожно-транспортных происшествий в нашей стране остается убийственной: по уровню смертности в них она соперничает с Ливаном, Камбоджей, Казахстаном, Таджикистаном. В Европе, по сведениям Всемирной организации здравоохранения этот показатель (он исчисляется на 100 тысяч жителей) – даже в бывших советских республиках меньше в 2-3 раза, а в странах более развитых (Германия, Великобритания, Швейцария, Швеция..) – в 5-7 раз.

Не сказать, что российская власть смотрит на эту проблему сквозь пальцы: в январе 2018 премьер - министр РФ утвердил «Стратегию безопасности дорожного движения» до 2024 года . До того, в 2013, была принята Федеральная целевая программа ГИБДД России, направленная на решение тех же задач, рассчитанная до 2020.

Основная ставка в Стратегии делается на «изменение поведения участников дорожного движения» (этот пункт стоит на первом месте). Судя по статданным Госавтоинспекции, меняется оно не в лучшую сторону: в том же 2018 количество ДТП по вине водителей увеличилось, на 3,3%, а людей, пострадавших в них – на 2,6 %.

В первом квартале 2019 картина совсем печальная: в тридцати регионах кривая аварий на дорогах, сообщает ТАСС, пошла резко вверх, и число погибших в них возросло по сравнению тем же периодом прошлого года более чем вдвое .

Судя по этим данным, страна все более отдаляется от целей, заявленных в Стратегии государства (к 2024 году предполагается уменьшить смертность от ДТП в 4,5 раза – до 4 человек на 100 тыс. населения при нынешних 18, к 2030 – довести ее до нуля). Для приближения к ним нужны радикальные изменения – и в инфраструктуре дорожной сети, (о чем ни слова в Стратегии), и в правоохранительной системе. При той, какая она сейчас, трагедий на дорогах не станет меньше: убийственная статистика будет только расти.

Почти одновременно в «Новую» обратились две женщины, потерявшие самых близких людей в дорожно-транспортных происшествиях: у Татьяны Пашковой из города Называевска Омской области погибла мама (шла по краю дороги, где нет тротуара), у омички Элеоноры Кабановой - сын-велосипедист.

Сбили их ехавшие сзади автомобили, где за рулем были пьяные водители. Вообще в обстоятельствах этих трагедий много схожего. И в том, как расследовались они – тоже: правоохранители сделали все возможное (и судьи им помогли), чтобы виновные в них сильно не пострадали. Сколько подобных дел в нашем государстве, где простых граждан, образно говоря, можно переезжать, не оглядываясь и ехать дальше? Судя по двум нижеприведенным делам, для этого даже не обязательно обладать каким-то особым статусом.

Омская область по количеству тяжких последствий дорожно- транспортных происшествий занимает девятое место в стране.

«Ну и чего вы добились?»

Пять лет пенсионеры - супруги Кабановы добиваются правды. Два раза отправляли результаты собственного расследования главе СКР Александру Бастрыкину, три раза были на личном приему у прокурора области Анастаса Спиридонова, в декабре 2018 обратились к генпрокурору Юрию Чайке.

15 мая с.г. их принял после очередной жалобы первый зам областного прокурора Александр Лоренц, пообещал «разобраться».

За время этих мытарств Элеоноре Васильевне и Алексею Дмитриевичу стало ясно, что представляет собой наше государство, но смиряться они не собираются. «Мы будем добиваться уголовной ответственности сотрудников полиции: считаем их прямыми виновными в гибели нашего сына».

Трагедия случилась 2 мая 2014: в Омске на улице Сухой Пролет автомобиль Ford Fusion поочередно сбил ехавших впереди него двух велосипедистов - 40-летнего Владимира Кабанова и Екатерину Бутенко 24 лет. Время происшествия - 18 часов 35 минут. Сидевший за рулем иномарки предприниматель Павел Сутягин, не поинтересовавшись их состоянием (мужчина перелетел на его глазах через его машину), поехал дальше.

Через 3 километра, на ул. Воровского его остановил, преградив дорогу своей «Тойотой», свидетель ДТП 24-летний работник нефтезавода Сергей Пермяков. За этот поступок, при котором он рискнул жизнью («Форд», управляемый пьяным водителем, что подтвердили показания алкостера, мчался со скоростью 80 км в час и мог не затормозить: до наезда на велосипедистов, рассказывает Сергей, он едва не столкнулся с другой машиной), начальник областного ГИБДД вручил ему благодарственное письмо и ценный подарок, о чем в то время сообщили практически все омские СМИ

Но из материалов уголовного дела героическое событие исчезло.

- Сергей вызвал по телефону сотрудников ГИБДД, – рассказывает Элеонора Васильевна - они прибыли минут через 20 и примерно в 19.10 доставили Сутягина на место, с которого он сбежал. Но никаких документов о его задержании на улице Воровского в деле нет, оно в нем вообще не упоминается. Куда они делись? Пока мы не получим официальный ответ на этот вопрос, мы с мужем не успокоимся: в этом деле много махинаций, и прикрывают ими не только Сутягина, но и тех, кого мы считаем его соучастниками – полицейских.

«Скорая» доставила Владимира в реанимацию. Уже через 10 минут. говорит его мама, сотрудники полиции знали диагноз : «открытая черепно-мозговая травма, множественные переломы свода черепа, основания черепа, ушиб головного мозга…».

При таких тяжелейших травмах уголовное дело, как правило, возбуждается сразу, но следователь УМВД по Омской области Олег Бабешко не торопился, зато заведены были незамедлительно дела по статьям административным – управление транспортным средством в нетрезвом виде и оставление места ДТП.

Ехавшей рядом с Владимиром на велосипеде Екатерине Бутенко в больнице был поставлен диагноз «перелом костей таза в трех местах», но этого оказалось недостаточно, чтоб следствие признало ее пострадавшей.

- Эта девушка из очень малообеспеченной семьи, - поясняет Элеонора Кабанова - у ее родителей не было возможности нанять адвоката, чем, по нашему мнению, и воспользовался следователь, чтобы не отягчать вину Сутягина.

Она занималась в велоклубе «Цепная реакция», где Володя был председателем, он его организовал – собрал больше ста человек детей, молодежи, проводил с ними тренировки, читал им лекции о безопасности движения, и все это делал на энтузиазме, даже вкладывал свои средства: сделал сайт, где велосипедисты общаются. По профессии он – специалист по компьютерам, системный администратор высочайшего класса: мог работать в любой компании, а велоклуб был его увлечением. Мы об этом почти ничего не знали, только после его смерти узнали, какой был наш сын: ребята пишут на сайте: «Он был нам отцом », проводят в его честь велокроссы весной и осенью. А еще он успевал прыгать с парашютом, в отпуске ходил в горы, совершил восхождение на Алтае. Ребята говорят: «Торопился жить»…

Владимир Кабанов

Владимир скончался на восьмой день пребывания в коме, а дело по статье 264 УК (нарушение правил дорожного движение, повлекшее по неосторожности смерть человека) возбуждено было только спустя три дня. К тому времени мировой суд уже вынес решение по статье 12.8 КоАП, назначив Сутягину за то, что сел за руль пьяным, штраф в размере 30 тысяч рублей, что в дальнейшем облегчило его участь на уголовном процессе: при ДТП со смертельным исходом в УК нетрезвость – весомое отягчающее обстоятельство, ну а поскольку он понес уже за нее ответственность, она не сильно усугубила его вину.

Такое же наказание назначил Сутягину мировой суд по статье КоАП 12.27 за то, что он уехал, оставив без помощи на месте происшествия двух людей, которые после его наезда лежали там в крови, без сознания. Это позволило следствию не вменять ему статью 125 УК РФ («Оставление в опасности»), грозившую дополнительным годом лишения свободы.

- Эти мировые суды – говорит Элеонора Васильевна – провели без нашего ведома, как будто мы – посторонние. И только после них мы узнали, что документов о задержания Сутягина на улице Воровского, оказывается, в деле нет. Так нас с мужем обвели вокруг пальца: мы же с ним не юристы, я всю жизнь врачом проработала, он – учителем физики и менталитет у нас с ним советский. Я наивно просила следователей: пожалуйста, расследуйте справедливо и честно, и они отвечали - «конечно».

В решении мирового суда время и место задержания Павла Сутягина претерпели изменения – там написано, что он был задержан в 21.00 на ул. Луговой, хотя все омские СМИ сообщали, что преградил ему дорогу герой – Сергей Пермяков на улице Воровского через 3- 5 минут после ДТП, то есть не позже 18.40, и через 20 минут по его звонку прибыла бригада гибэдэдэшников.

Но в протоколе об административном правонарушении действительно указаны другие данные - ул. Луговая и время задержания – «21 часов»: так и написано – «часов», что довольно странно, а цифра «2» в этой записи – еще более странная: все остальные восемь двоек, фигурирующих в протоколе, написаны совсем другим почерком. Если присмотреться, говорит Элеонора Кабанова, то видно, что «1» исправлено на «2».

Из чего следует, что в тот же день. 2 мая 2014, Сутягин был задержан в нетрезвом виде в 11 часов утра, и отпущен сотрудниками полиции (после чего, согласно уже его показаниям, в дневное время - с 14 с часов еще выпил 6 рюмок водки и бутылку вина, и не помнит, когда и как сел за руль), хотя они обязаны были от управления автомобилем его отстранить.

«Если бы они это сделали. Володя наш был бы жив: они понимают, что соучаствовали в его гибели, поэтому заметают следы».

Решение мирового суда следователь Бабешко приобщил к обвинительному заключению. Получился в итоге документ уникальный – в нем представлены два варианта времени и места задержания обвиняемого. В приговоре Ленинского райсуда ни тот, ни другой не упоминаются – обстоятельства задержания Павла Сутягина остаются как бы за кадром.

В нем вообще много непонятного. Например, сколько денег выручил обвиняемый от продажи автомобиля Ford Fusion , на котором совершил наезд на двух человек, и куда эти деньги делись. И почему этот автомобиль со следами крови Владимира Кабанова не был признан вещественным доказательством? Как сказано в приговоре, Сутягин продал его (с разрешения следователя) для того, чтобы «рассчитаться с потерпевшими».

- С нами это никто не согласовывал. Следователь Бабешко собирался перечислить нам 50 тысяч рублей: мы, конечно, от них отказались. Но стоит этот автомобиль, по нашим сведениям, не меньше миллиона: тут, по нашему мнению, явная коррупция.

Суд приговорил Павла Сутягина к 3,5 годам колонии - поселения. Отбыл он этот срок (в сентябре прошлого года вышел на свободу), по словам родителей Владимира Кабанова, в неплохих условиях. Около двух лет назад они в той колонии побывали Находится она под Омском, большинство поселенцев в ней - бывшие сотрудники правоохранительных органов. Там, к примеру, обрел временное место жительства подполковник полиции Вадим Прус, осужденный в апреле прошлого года за «превышение полномочий» (инкриминированы ему 18 эпизодов сокрытия нарушений правил дорожного движения). Он – бывший командир полка ДПС, непосредственный начальник тех, кто в 11 утра отпустил кататься (вероятно, не даром, полагают супруги Кабановы) пьяного Павла Сутягина, и в дальнейшем путем подделки документов скрыл этот факт. Но лишили его свободы за другие эпизоды

- Мы приехали туда в июле, и, знаете, были сильно удивлены: это – хорошая зона отдыха: все так чисто, ухоженно, березовая роща, зелень кругом – не надышишься. Поинтересовались в администрации, почему к нам приходят такие маленькие переводы от заработков Сутягина – в погашение той суммы, которую назначил суд – в месяц 10-15 рублей. Нам ответили, что в этой колонии никого не заставляют работать: кто сам хочет, тот и работает, если нет желания – может отдыхать. Правда, после нашего визита туда суммы стали приходить побольше – 100-200 рублей. Павел, кстати, перед нами ни разу не извинился, даже в суде: сказал что-то для формальности в двух словах, отвернувшись в сторону. А ведь я его помню еще пятилетним: когда работала участковым врачом, он приходил ко мне, жил на моем участке. Мы в колонии с ним столкнулись на КПП, он сказал нам: «Ну и чего вы добились?».

По решению суда Сутягин обязан выплатить Элеоноре и Дмитрию Кабановым, а также вдове погибшего Наталье компенсацию морального вреда – по 500 тыс. рублей каждому, на сегодняшний день они получили по 3-4 тысячи.

Общественный совет при УМВД Омской области принял решение о «неконструктивности размещения материалов по этому уголовному делу в СМИ».

«Всю вину свалили на маму»

21 марта 2016 около 9 часов вечера Эльвира Пашкова шла по главной улице Называевска – имени Ленина.

- Просто вышла прогуляться – рассказывает ее дочь Татьяна. Она все время выходила на прогулки после работы по вечерам. Дождик был мелкий, моросящий. Следователи пишут неправду, что якобы был сильный ливневый дождь. Зачем бы она гуляла в такую погоду? В том месте, где ее сбила машина – перекресток, там тротуара нет, поэтому шла по проезжей части, но по краю, а не по середине улицы, как они там придумали – это бред! Мама была человеком разумным, уравновешенным – работала начальником цеха на мясокомбинате, ее знали почти все в Называевске.

Эльвира Пашкова

Сзади ехал на автомобиле «NISSAN SUNNY VIР» Александр Лазуткин, боец пожарной охраны. Двигался он , по его словам, со скоростью 40-45 км в час, в чем дочь погибшей сильно сомневается: «Мама скончалась сразу, телесные повреждения у нее были страшные: черепно-мозговая травма, перелом лобной, клиновидной кости, ушиб головного мозга, кровоподтеки, раны… При мамином весе, он был не маленький, при такой скорости не было бы таких травм». Удар, говорит Татьяна, был такой силы, что с мамы слетели резиновые сапоги , и полицейские при осмотре места ДТП не смогли их найти.

- Их сын мой вместе с моей свекровью отыскали в канаве, а по данным следствия, получается, что она шла по дороге босиком.

Не верит Татьяна и в то, что водитель «Ниссана» выпил перед поездкой всего 3 рюмки самогона. «Я его видела там, на месте гибели мамы – он был пьяный в умат. И девушка какая-то с ним рядом стояла. Потом все, кто знает его, говорили, что он в тот день раскодировался и решил с ветерком прокатиться. Девушка с ним в машине была, но в документах следствия она нигде не упоминается.

Отрицать употребление алкоголя Лазуткин не мог: алкостер, куда он дыхнул по просьбе сотрудников полиции, показал положительный результат. По закону этого было достаточно для возбуждения уголовного дела (оно в случае ДТП со смертельным исходом или тяжкими последствиями возбуждается немедленно, если установлен факт нарушения правил дорожного движения).

Но оно не было возбуждено даже после того, как судмедэкспертиза (она была сделана через два дня после трагедии) показала причинно-следственную связь между смертью и дорожно-транспортным происшествием: наступила она «от открытой черепно-мозговой травы, осложнившейся отеком и сдавлением вещества головного мозга», причиной чего стал «удар тупым твердым предметом, чем могла быть часть транспортного средства».

Но зато называевские следователи оперативно возбудили дело административное – по факту управления автомобилем в нетрезвом виде, и уже 28 марта (через неделю после наезда на Эльвиру Пашкову) мировой суд его рассмотрел. Он учел отягчающее обстоятельство (оказалось, что Лазуткин уже привлекался к ответственности по статье 12.8 КоАП за управление авто в пьяном состоянии) и смягчающее (признание своей вины), назначив штраф в размере 30 тысяч рублей и лишив права управлять транспортным средством на год 11 месяцев.

Это все наказание, какое понес водитель «Ниссана» за гибель односельчанки.

Автотехническая экспертиза, проведенная 14 апреля - через три недели после случившегося, дала исчерпывающий ответ на все поставленные перед нею вопросы:

фрагмент экспертного заключения

«Где именно произошел наезд на пешехода – на правой или левой стороне движения?

Ответить на данный вопрос не представляется возможным.

Имеется ли в действиях водителя несоответствие требованиям правил дорожного движения?

Ответить на этот вопрос не представляется возможным

Имеется ли в действиях пешехода несоответствие требованиям правил дорожного движения?

Данный вопрос экспертом не исследовался

Техническая возможность избежать наезда на пешехода не исследовалась, так как в представленных на исследование материалах не учтена скорость движения пешехода»

Из результатов экспертизы (вернее, их отсутствия) следователи Называевского ОМВД пришли к логическому заключению, что «технической возможности избежать наезда на Э.А.Пешкову Ю.А.Лазуткин не имел»(если она не исследовалась, значит, ее и не было). И на этом основании вынесли постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

фрагмент экспертного заключения

Когда Татьяна его увидела, ей стало не по себе, рассказывает, что не могла поверить своим глазам (потом привыкла: таких отказов получила она еще 5, а всего, насколько она знает, их было не меньше десятка, но с конца позапрошлого года полиция перестала о них извещать). Она – женщина спокойная, не скандальная, а тут «не выдержала – стала кричать на полицейских, топать ногами, сказала, что в прокуратуру пожалуюсь», и, судя по всему, они испугались: уже на следующий день отменили отказное постановление (успели сделать это до того, как она подала жалобу межрайонному прокурору)

- Они всю вину свалили на маму, а защитить ее некому.

фрагмент экспертного заключения

Татьяна работает кассиром в магазине сети «Магнит», одна воспитывает 15-летнего сына, и на адвокатов денег у нее нет. После пятого «отказняка» попросила помощи у знакомого юриста: он написал обращение в МВД России и в областную полицию. Ответ пришел на него обнадеживающий, подписанный начальником районной полиции Владимиром Ярыгиным: «За ненадлежащее исполнение своих функциональных обязанностей, слабый процессуальный контроль, выразившийся в нарушении требований должностной инструкции, повлекшее нарушение требований части 1 ст. 144 УПК РФ, неоднократное вынесение незаконных и необоснованных постановлений об откзе в возбуждении уголовного дела начальник Следственного отделения УМВД России по Называевскому району Е.В. Шпехт привлечен к дисциплинарной ответсвенности».

И за то же самое привлечен к административной ответственности капитан юстиции С.С. Печенко, хотя он был по этому делу, говорит Татьяна. уже пятым следователеми в его возбуждении не отказал – не успел, наверное, проводил проверку. и, выходит, ответил за предыдущих своих коллег.

Спустя год с начала расследования материалы дела были переданы в Омск – в специальный следственный отдел областного УМВД. Там, говорит Татьяна. сменились 4 следователя, которые занимались тем же – прекращали проверку «за отсутствием состава преступления» и через пару месяцев снова возобновляли ее.

- Следователь Лобанов приезжал в Называевск и со мною даже не встретился. Встретился он только с Натальей Никифоровой, которая видела маму минут за 20 до ДТП. Наталья дала ему показания, что мама шла по левой части дороги. По краю, а не по середине улицы, как говорит Лазуткин, которому все следователи верят на слово. Лобанов попросил ее засвидетельствовать, что рядом с местом, где произошел наезд, была большая лужа, образовавшаяся от ливня – якобы мама ее обходила и попала под автомобиль. Это все их фантазии: если бы даже и лужа была, разве она стала бы так рисковать? Она что – сумасшедшая идти под машину? Она шла в резиновых сапогах, могла бы и по луже пройти или с краю по канаве.

Приезжали в Называевск корреспонденты одной из омских телекомпаний – снимали об этом происшествии видеосюжет, но так его и не показали – ни по ТВ, ни в интернете. «Говорят, отдали видеозаписи прокурору области Анастасу Спиридовнову». Никаких вестей от него Татьяна не получала.

Последний следователь, отказавший в возбуждении уголовного дела – Наталья Серебряная. В разговоре с автором этой заметки она не сразу поняла, о чем речь: само ДТП в Называевске, фамилия пострадавшей не отпечатались в ее памяти, и только когда я назвал фамилию «Лазуткин», следователь живо отреагировала, попросила номер телефона Татьяны Пашковой, позвонила ей несколько запоздало – через два месяца после вынесения отказного постановления, предложила приехать в Омск, ознакомиться с документами: дело закрыто, сдано в архив. Татьяна ответила: «Зачем я поеду: только тратить нервы и время?».

Почему следствие так настойчиво выгораживает рядового бойца пожарной охраны, уволенного, по словам Татьяны, за «пьянку», она не знает. Говорят. что у него был хороший адвокат, и Лазуткин даже продал квартиру, чтобы с ним рассчитаться. «А, может быть, и не только с ним».

поддержать рублём «НГ-Регион»
Хотите получать уведомления о свежих новостях?ДаНет