События
Омский УФСИН: Западно-Сибирская низменность
Омские правозащитники – о новых пытках заключенных холодом и способах давления на «бунтовщиков» ИК-6
Учения Росгвардии по подавлению волнений в колонии, 2016-й год. Фото: РИА Новости

Сигнал и тем, кто за решеткой и тем, кто на воле, похоже, один – сопротивление бесполезно. С молчаливого согласия местной прокуратуры в омском «чистилище» закручивают гайки.

Почти три месяца прошло со дня бунта в Исправительной колонии № 6 Омска. До этого много и долго бывшие и нынешние заключенные, их родственники и адвокаты, правозащитники и общественники писали, кричали, молили и требовали: помочь, спасти, остановить.

Пока не получилось… Впрочем, и сдаваться, кажется, никто не намерен - не сдаются и тюремщики.

Правозащитница Ирина Зайцева рассказала «Новой» о судьбе «бунтарей».

По ее сведениям, организаторы бунта в ИК-6 не только стали фигурантами уголовного дела по ч. 3 ст. 321 УК РФ «Дезорганизация деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества», их могли силой унизить еще во время подавления волнений и планируют отправить в «гаремы» - зоны, где заключенных могут подвергать сексуальному насилию.

«Более 50 человек после бунта были уложены на асфальт. Омоновцы подтаскивали этих осужденных к одному парню, который считается опущенным, и он половым органом проводил по губам этих заключенных», - рассказывает свою версию событий правозащитница. - Все эти действия происходили под видеозапись. По тюремному закону считается, что и эти люди теперь опущенные. Негласно заключенным ИК-6 рассказали, что тех, кто организовывал бунт, будут высылать в другие регионы, сопроводительным документом будет приложена видеосъемка, таким образом, на других зонах «бунтарей» сразу отправят в «гаремы».

Схожую версию о судьбе заключенных, организовавших бунт в ИК-6 Омска, озвучил депутат Омского городского совета Дмитрий Петренко.

По его словам, к нему и раньше поступала информация о пытках, но после бунта жалобы стали регулярными.

Депутат признает – его полномочий для помощи заключенным, находящимся – возможно - в условиях концентрационных лагерей (с элементами унижения еще более изощренного, чем применялось в них) недостаточно. Важно отметить: перед началом нашего разговора политик предупредил: все, о чем будет заявлено ниже - его субъективное мнение.

«То, что творится в омских колониях – это большой позор как для системы тюрем, так и для всей страны. В наших колониях пытки и сексуальное насилие, похоже, могут сойти сотрудникам администрации с рук», - говорит Дмитрий Петренко. - У меня возникает стойкое ощущение, что у кого-то из высокопоставленных кадров правоохранительной системы Омской области может быть не все в порядке с ориентацией. Ко мне приходят родственники осужденных, и, что ни рассказ, - он связан с пытками половым органами…

О творящемся в омских колониях подробно рассказано в расследованиях обозревателя «Новой» Елены Масюк.

Впрочем, пытки в колониях разные, говорят заключенные.

На этой неделе правозащитники получили свежую информацию: для осужденных, что содержатся в ЛИУ-2 ФСИН по Омской области – в «больничке», жестокими пытками стали «прогулки».

«На этой неделе в Омске ниже 40 градусов на термометре, а по ощущениям и до минус 46 градусов. А осужденных с семи утра и до самого вечера держат практически все время на улице. Они заходят только выпить чаю или покушать. Одежда вся рваная, обувь не соответствует сезону – люди, в буквальном смысле, обмороженные заносят друг друга, потому что ноги опухают, прям как столбы синие, отмороженные», - рассказывает Ирина Зайцева.

«Я считаю, что в Омске в правоохранительной системе могут быть личные договоренности о невмешательстве в те или иные схемы» - прокомментировал Дмитрий Петренко.

Что касается комментариев лиц уполномоченных, они были озвучены ранее и весьма стандартны: все заявления о пытках будут изучены, а о причинах бунта идет расследование.

Петренко по факту пыток и издевательств обращался к Уполномоченному по правам человека в Омской области, но после разговора с Ириной Касьяновой пришел к выводу, что о правах и защите говорить с нею смысла нет.

Озвученная правозащитниками информация, безусловно, нуждается в проверке.

Но ведь исходит она от многих людей, а, значит, велика вероятность ее достоверности. Эта информация временами запредельна для понимания обывателя, но мы уверены, что нельзя от нее отмахиваться.

Обозреватель «Новой газеты» Анна Политковская однажды ответила на вопрос, почему она едет на войну и зачем рассказывает страшные истории людям, которые не хотят о них знать: «Так я становлюсь лучше».

Система ФСИН давно стала в нашей стране своеобразным «государством в государстве», изменить в котором ситуацию сложно.

А ведь там находятся миллионы российских граждан. И если мы будем замалчивать происходящее, то лучше точно не станем.

«Новая газета-Регион» будет тщательно следить за судьбой обвиняемых в бунте в ИК-6.

поддержать рублём «НГ-Регион»
Хотите получать уведомления о свежих новостях?ДаНет