Истории
«Как я с Саакашвили бомбил украинскую коррупцию» - часть 2
Я слышал, как Саакашвили и Порошенко общались по телефону - Миша реально говорил с президентом как друг...
Фото: Дмитрий Флорин
 

Спецоперация Саакашвили

Поездки с Саакашвили по Одесской области были иногда и сродни спецоперациям. Как-то мишина помощница пригласила меня в ОДА рано утром. Цель не поясняла, лишь сказала: “Дима, уверяю, тебе будет интересно”.

Затем нас посадили в микроавтобус. Всего со мной ехало человек пять каких-то журналистов иностранных и из украинских изданий. Нас завезли в какой-то глухой район под Одессой и попросили посидеть в машине с закрытыми шторками, никуда не выходя. Заодно попросили ничего не сообщать о происходящем в Facebook. Для некоторых журналистов это было подобно пытке. Но выдержали. Хотя некоторые признались, что о сегодняшней “некой тайной поездке” они все же уже ранее написали в соцсетях.

Посидели “в засаде” около получаса. При поступлении команды наша машина рвет в сторону Ильичевска (ныне Черноморск, городок-порт в 20 км от Одессы). Летим в морской торговый порт, мимо КПП, буквально прорываемся, милиция и охрана в растерянности, ребята из команды Саакашвили за несколько секунд хорошо их “прогрузили”, не пускать нас на территорию порта они не осмелились, но начали усиленно куда-то названивать, наблюдая за нашим передвижением. Тут же к нам прицепился “хвост” из какой-то машины, в которой сидели люди в камуфляжах.

Выезжаем на один из причалов. Высыпаемся наружу. Прилетает Саакашвили. Красиво, черт побери. Как у Ильфа и Петрова. Море, причал, краны, Саакашвили очень эмоционально и не стесняясь в выражениях, рассказывает о том, как два причала этого порта украинские олигархи вывели в оффшоры. Убыток стране - десятки миллиардов долларов ежегодно. Саакашвили привез приказ об увольнении начальника порта - какой-то шестерки местных олигархов. Но начальник порта, как оказалось, за несколько минут до приезда Саакашвили вдруг “поплохел” и срочно исчез на “больничный”.

Тут же при нас Саакашвили заявил о начале межведомственной проверке деятельности порта - с СБУ, генпрокуратурой и МВД. Все необходимые бумаги уже переданы куда надо. Но никакой проверки впоследствии не последовало. Порт Ильичевска-Черноморска до сих пор пилится олигархами, выводящими бабло из Украины.

Подобные эпические разборки Михаил устраивал в разное время в разных местах. В Крыжановке, например (см. видео выше), ему пришлось сорвать голос, когда его атаковали прикормленные адепты местных районных ворюг в законе, раздавших прибрежные земли своих родственникам и за бабло - нужным людям, в то время как местным жителям в выдаче земли всегда отказывали.

Миша и Маша

К Саакашвили постоянно поступали предложения взять кого-то на работу. Иногда по несколько человек в день. Причем на общественных началах работать никто не торопился. Зачастую “просители” требовали оклад и рабочий кабинет в ОДА.

И поэтому когда Миша снес мозг кремлевским идеологам, взяв на работу вице-губернатором по социальным вопросам Машу Гайдар, возле входа в ОДА сразу же возник “майданчик”.

Местные “активисты от социалки и волонтеры” поставили с десяток палаток, нарисовали плакаты типа: “Маша, да не наша” и т.д. Вышедший на переговоры Саша Боровик, которого тогда в Одессе еще никто не знал (он лишь несколько дней как приехал в город), так и не смог ни о чем договориться с протестующими. Их требования были одни - гнать Машу в Рашу. Их не интересовал опыт Гайдар на должности замгубернатора по социалке при Никите Белых в Кировской области, их бесило то, что Маша приехала из России. И хоть она отказалась от российского гражданства, прервала процедуру получения гражданства Израиля, получив паспорт с трезубцем из рук Порошенко, протестующим было все равно.

В разговоре со мной одна из них прямо сказала: “Мы никогда не допустим, чтобы в ОДА работали москали, пусть валит к себе в Россию”.

В итоге Саакашвили объявил о том, что Гайдар будет лишь и.о. вице-губернатора по общим вопросам. А на должность главных в регионе по социалке он пригласил на собеседование всех желающих.

К нему приходили десятки волонтеров и прочих активистов. Но работать за очень маленькие деньги в бешеном ритме и режиме они не смогли. В итоге через пару месяцев Маша все же стала заниматься социалкой в Одессе. Митингов против ее назначения уже не было.

Вообще Маша приехала в Одессу на большом оптимизме и украинском патриотизме. Я тогда первым взял у нее интервью. Все ж коллеги, вместе работали в Москве. Мне, правда, не совсем понравилось, что при нашем разговоре присутствовал человек, как потом выяснилось, имеющий отношение к украинским властям. Этот же человек остановил Машу, когда она стала диктовать мне свой номер телефона, уверив, что лучше связь держать через него.

Нападение пограничников

Множество участков морского побережья Одессы кем-то либо уже захвачены, либо кем-то периодически захватываются. Иногда сезонно. А иногда на постоянной основе. Так, к примеру, есть на одесском побережье пляжи закрытого типа, на которых отдыхают сотрудники СБУ и погранслужбы.

Простым людям доступ на них запрещен. Стоят ворота и охрана. Когда Миша начал бороться с заборами на побережьях, он поговорил с руководителем СБУ и погранслужбы Украины. Ворота снесли. Миша объявил о том, что отныне доступ на эти пляжи открыт для всех.

Август 2015-го. Девять вечера. Мы с семьей сидим на пляже пограничников. Ранее на входе были ворота - теперь вместо них видны спиленные болгаркой петли. По пляжу ходит непонятный человек в гражданском с овчаркой и кричит: “Всем покинуть пляж! Пляж сдается под охрану! Всем покинуть пляж!”

Подходит к нам, требует уйти с пляжа. Интересуюсь, почему, отвечает какой-то бред. Люди вокруг поспешно собираются и уходят с пляжа. Устраивать разборки с учетом наличия на руках младенца и наличия у мужика огромной собаки не хотелось. Ушли.

На следующий день рассказал об этом Саакашвили и его помощникам. Предложил сделать спецоперацию - я прихожу на пляж и лежу до 21 часа. Когда мужик с собакой подойдет и будет меня прогонять - включаю камеру и интересуюсь происходящим. Через пару минут с начала разборок ко мне на помощь приходят ребята с администрации

Саакашвили и полиция

Договорились обо всех деталях. Прибыл на место. Ребята с пресс-службы Саакашвили задержались на предыдущем мишином сносе очередных незаконных заборов. Мужик выгоняет людей с пляжа и натягивает вместо ворот рыболовную сеть. Ребята из пресс-службы говорят по телефону, что изо всех сил летят на велосипедах ко мне (в этом месте движение автотранспорта запрещено), договариваемся - я захожу на пляж, вступаю в контакт, они прилетают мне на помощь. Включаю камеру, настирываю микрофон, раздвигаю рыболовецкую сеть, пролажу на пляж. Со спины крик: “Пляж закрыт! Быстро ушел!”.

Поворачиваюсь и навожу камеру: “Я журналист, на каком основании закрыт пляж и кто вы такой?” На меня бежит мужик. Удар по камере. Еще. Отвожу аппаратуру подальше от ударов (как потом выяснилось - от первого же удара отлетела батарея и камера выключилась, поняв это позже, стал снимать происходящее на телефон).

Мужик пытается сбить меня с ног. Ору на него, что он нарушает закон Украины об информации, что я международный журналист, кричу, что сейчас сюда идут сотрудники администрации губернатора Саакашвили, по договоренности между которым с руководителем погранслужбы Украины доступ на этот пляж открыт всем желающим. Спасая камеру, отворачиваясь от ударов, замечаю… рядом стоят и смотрят на нас двое украинских пограничников.

В форме, со знаками различия, оружием, спецсредствами, радиостанциями. Кричу им, чтобы помогли мне и пресекли противозаконные действия человека, который напал на журналиста при исполнении служебных обязанностей.

Пограничники сначала обалдели. Потом стали требовать, чтобы я покинул пляж, защищая напавшего на меня. Двое бойцов в форме стали обходить меня с двух сторон. Стал отступать к морю, все еще продолжая уволить от ударов камеру и стараясь устоять на ногах, пряча голову.

В итоге меня выдавливают на камни, стоящие в море. Достаю телефон и начинаю звонить в украинскую службу ВВС (они хотели взять у меня материал про эту “операцию”). Рассказываю громко и демонстративно о происходящем, нападавший отступает. Пограничники останавливаются и начинают куда-то названивать.

Потом я позвонил в полицию и ребятам с пресс-службы Саакашвили. Те стали дико извиняться и сказали, что уже видят пляж с горы, летят ко мне как можно быстрее, попросили если что - убегать.

Снова начинаю взывать к пограничникам, предупреждая их, что если они и далее будут смотреть, как на меня нападают, понесут ответственность за неоказание помощи. Пограничники начинают просить нападавшего не трогать меня, с брезгливостью и отвращением показывая на меня пальцем. Когда пограничники получили по телефону приказ остановить нападение на меня и я наконец-то увидел, что камера не производит запись происходящего, включаю телефон.

Пограничники, получив команду, быстро хватают вещи и оружие, оперативно исчезают с пляжа. Следом за ними, отодрав сеть-ворота со входа на пляж, пропадает и нападавший на меня.

Приехали саакашвильские ребята. Ну спасибо. За это время меня тут уже зажарить могли бы. Полиция на место так и не приехала. Долго ругаемся по телефону. Нам рекомендуют доехать до ближайшего райотдела. Приезжаем в ОВД “Аркадия”. Я пишу заявление, ребята из администрации пишут свидетельские показания (пока они ехали с горы вниз, они видели часть “движухи” на пляже).

Меня опрашивают два майора. Узнав, что я журналист международных изданий, просят посидеть пока в отделе. Сами куда-то постоянно бегают звонить, возвращаясь и уточняя у меня какие-то детали.

- У вас же камера целая, а вы сказали - разбили.

- Она не работает - смотрите (показываю). Выдает неизвестную ошибку и выключается.

- Но она же целая.

- Я вам говорю - она до удара по ней работала, а теперь отказывается работать.

- Но она же не разбитая - целая.

- ДА ОНА ЦЕЛАЯ СНАРУЖИ, НО РАЗБИТА ВНУТРИ - ПЕРЕСТАЛА РАБОТАТЬ!

- Саш, пиши - да, камера целая.

Выдав все показания, я предложил полицейским видеозапись с телефона, на которой есть и нападавший на меня и стоявшие рядом пограничники. Один из майоров довольно кричит, что знает нападавшего и может его найти хоть завтра.

Запись у меня не взяли, сказав, что не нужна, мол, мы его знаем. Сказали, что сообщат мне по телефону о дальнейшей судьбе моего заявления.

Больше полицейские со мной не связывались. Пытался связаться я. Однажды у отдела я поймал одного из майоров, которые принимали у меня заявление. Он, убегая от меня, пробормотал что-то типа:

“Да мы его нашли, поговорили, он сильно испугался”.

Я спросил, а как быть с разбитой камерой, ушибами и синяками на мне, а также с тем, что мне не дали выполнить свою работу, вкупе с незаконным захватом прибрежной территории, майор честно ответил: “Не знаю”, и убежал.

Недавно я связался с одним из сотрудников бывшей пресс-службы Саакашвили, который в тот вечер был свидетелем нападения на меня. Он сообщил, что никто из полиции с ним не связывался.

Happy birthday, mr. president

Мы много работали с Саакашвили. Из моей ленты в FB для себя брали фото из различных наших поездок с Мишей разные международные издания. Мои видео с Мишей выходили у немцев в Deutche welle, у американцев в Current time (проект Радио Свобода), у англичан в ВВС, у грузин в JAMnews, в национальном информагентстве кабинета министров Украины Укринформ, на нашем итальянском interkavkaz.eu и многих других.

Я помогал журналисту из финского YLE взять интервью у Саакашвили, когда, казалось, надежды уже не было и киевский “фиксер” не смог организовать встречу. Я помогал встречаться с Саакашвили другим международным журналистам.

Неудивительно, что в это время в России вышла очередная гадостливая статья с наездом на меня, в которой меня назвали шпионом, работающим на иностранные разведки против России, прошедшим подготовку в Европе, а ныне работающим советником Саакашвили.

Назвать мои отношения с Михаилом “советническими” тем не менее я не мог. Я не состоял официально в команде Саакашвили ни в какой должности. Я просто работал вместе с ним. Порой выполнял личные задания Михаила.

Так, например, летом 2015 года, к 50-летнему юбилею Порошенко, Саакашвили попросил меня сделать короткий фильм-поздравление с родины президента Украины. Родился и рос, как оказалось, нынешний глава Украины, в Одесской области, в городе Болград.

Саакашвили очень хотел обрадовать Порошенко. Мы нашли двух его одноклассниц и, о чудо, даже классную руководительницу. Всего 4-5 часов по убитой как после бомбардировки антиаэродромными бомбами durandal одесской дороге, и мы в Болграде.

Нашли болгарскую школу Саакашвили. По дороге в машине поругался с каким-то сотрудником старой одесской администрации, оказавшимся большим любителем Путина. Приехав на место, ожидая прихода героев фильма, расспрашивал завуча школы о том, как вообще - то, что в этой школе учился президент - помогает или наоборот?

Классная руководитель Порошенко еще не пришла в школу, а мой телефон начал разрываться от звонков какой-то девушки из Киева, которая, как я понял, была приставлена к Саакашвили, кажется, администрацией президента, которая спросила: “Ну вы уже заливаете фильм в интернет?”

Я объяснил, что вообще-то еще нет тех людей, которых надо будет снимать. В ответ услышал сожаление и какую-то раздражительность. Спросил у сопровождавшей меня помощницы Саакашвили - что вообще происходит? Та назвала эту даму дурой и попросила не обращать внимания.

Сценарий сюжета придумывал на ходу. Какие кадры, какие подсъемы. Дамы-одноклассницы украинского президента, одна из которых также работала учителем, приготовили речь для президента. Эту речь я потом порекомендовал им забыть, так как выглядело это не как поздравление с днем рождения, а как обращение пионерской активистки к старшим товарищам по партии во время уборочной в КНДР.

Несмотря на постоянные звонки таинственной дамы из Киева, сюжет я сделал как хотел. Перегоняли (передавали через интернет) его из редакции какой-то болградской газеты, сидя в темном коридоре.

Назад ехал довольный. Саакашвили посмотрел сюжет и очень хвалил. Порошенко, говорили, был растроган до слез. Я понял, что все получилось. Приятно, черт возьми.

На тот момент дружба между Саакашвили и Порошенко была очень крепка. Я слышал, как они общались по телефону. Это не бизнес-партнерство. Миша реально говорил с президентом как друг.

Продолжение следует...

Дмитрий Флорин - для Новой газеты-Регион


поддержать рублём «НГ-Регион»
Хотите получать уведомления о свежих новостях?ДаНет