Новости
Адвокат Ольга Якушева - о «кучке мусора» в деле Полежаевой
Публикуем речь защитника в ходе прений в суде
Адвокат Ольга Якушева выступает в суде

В деле о невыплате зарплаты владелицей Центра реабилитации «Рассвет» Нателой Полежаевой защиту представляли несколько адвокатов.

Не все из них оказались профессионалами своего дела – в самом начале, высказали нам свое мнение эксперты, допущена масса серьезных недоработок.

До окончания суда вместе со своей подзащитной добралась Ольга Якушева – именно она выявила большое количество фальшивок в «доказательствах» обвинения.

Публикуем выдержки из выступления адвоката в ходе прений в суде.

Половину периода, за который предъявлены обвинения, директором «Рассвета» был другой человек

С одной стороны, есть работники Центра реабилитации «Рассвет», которым своевременно не выплачивалась зарплата, с другой – руководитель Натела Полежаева, которая якобы умышленно ее не выплачивала.

Но какими такими неопровержимыми доказательствами подтверждено обвинение? По сути, не приведено ни одного убедительного довода!

Итак, суть обвинения: якобы с начала 2017-го по 30 сентября 2018 года Полежаева (сначала в должности главврача «Рассвета», а с 9 августа 2017-го - в должности директора), имея финансовую возможность своевременной выплаты зарплаты, умышленно расходовала деньги на иные цели…

Однако, согласно Уставу, с января по август 2017 года директором ЦР «Рассвет» был Сергей Ламбин – он же подписывал документы.

Вот показания Ламбина в суде:

- До августа 2017 года я работал директором ЦР «Рассвет», потом меня перевели в должность зам.директора по общим вопросам, в июне 2018-го я уволился. Как директор, я имел право подписывать различные договора и контракты … Меня никто не заставлял и не принуждал подписывать документы.

В суде Ламбин говорил о недофинансировании «Рассвета», о том, что не могли сократить персонал:

- Это предусмотрено стандартами, мы должны были выполнять лицензионные требования… Стали подавать заявки в другие регионы, смотрели тендеры, участвовали в них…

Суду представлены многочисленные документы (договоры, контракты, запросы чиновникам, в прокуратуру, иные справки) – подписанные от имени ЦР директором Ламбиным.

По закону, следствие не имеет права предъявлять Полежаевой обвинение как руководителю за этот период!

Более десяти заочных потерпевших не знают, что им присвоен этот статус

Действия Полежаевой органы предварительного следствия квалифицировали по части 2 статьи 145.1 УК РФ - «полная невыплата зарплаты свыше двух месяцев из корыстной или иной личной заинтересованности руководителем…». Наказание по ней значительно суровее, чем по части 1этой статьи – «частичная невыплата свыше трех месяцев».

Однако далеко не все из 81 потерпевших (признанных таковыми по уголовному делу) допрошены в ходе предварительного следствия и в судебном заседании.

Более 10 работников не допрашивались. Следователь Неделько по сути сфальсифицировала доказательства, добавив в материалы дела протоколы без подписей «потерпевших» - которым ничего не известно об этом!

Мы дали суду доказательства, что в тома дела 9 и 11 добавлены документы – в том числе Постановления о признании потерпевшими - уже после ознакомления моей подзащитной с материалами дела!

А ведь она должна была увидеть эти Постановления в ходе ознакомления с материалами дела – знать, в чем обвиняют, чтобы ходатайствовать об очных ставках, иметь возможность опровергнуть доводы…

Незаконный обыск и чехарда с документами

Обвинение утверждает, что вина Полежаевой относительно всех потерпевших доказана заключениями эксперта.

Так ли это?

К примеру, перед экспертом Баклиной были поставлены вопросы о полных и частичных задолженностях по зарплатам на первое число каждого месяца.

На некоторые она отписала: «ответ не представляется возможным».

Как следует из заключения эксперта, ей на экспертизу были даны расчетные листы за один период - разные по содержанию.

Из-за неполноты документов эксперт смогла дать заключение только по 37 сотрудникам - по 44 «потерпевшим» задолженность не установлена.

А большей части из 37 сотрудников зарплата выплачивалась частично, полные невыплаты свыше двух месяцев подряд установлены у единиц.

А теперь - о достоверности, обоснованности, полноте заключений эксперта Баклиной.

Допрошенная в судебном заседании, она была уже не столь уверена в своих выводах. При исследовании ряда расчетных листков заявила, что необходимо назначать экспертизу. Признала, что предоставленные следователем документы не сочла нужным исследовать в полном объеме… Зато зачем-то ответила на вопросы, которые перед ней не ставились (не понять откуда взяв фамилии «потерпевших»).

В ходе обыска 24 апреля 2018 года финансовые документы ЦР «Рассвет» были изъяты в неупакованном виде – они не были осмотрены и признаны вещественными доказательствами по делу.

А эксперту они поступили уже упакованными!

В судебном заседании мы исследовали и пакет с документами, изъятыми в ходе обыска в кабинете директора Полежаевой – вот они-то как раз опечатаны, скреплены подписями. Но эксперт в суде заявила, что данный пакет ей не предоставлялся, документы из него она не исследовала!

А как раз там расчетные ведомости по выплате зарплаты с указанием конкретных работников, это подлинные документы – почему бы не выяснить?

Был представлен жесткий диск с информацией, записанной при осмотре предметов (изъятый при обыске 25 апреля). Эксперт в суде показала, что она не нашла на нем информации, интересующей следствие – хотя там есть расчетные листки, письма с информацией о выплате задолженности по зарплаты…

Где видеозапись обыска, на которой избивают инвалида?

А теперь подробнее об этом обыске 25 апреля.

Участвовавшему в нем специалисту ЭКО СУ СК Виктору Александрову, а также присутствовавшей эксперту Баклиной не разъяснялись права и ответственность по ст. 58 УПК РФ.

Из протокола обыска следует, что проводилась видеосъемка - но где же видеозапись? Нелицеприятный, видимо, фильм получился? (видеосъемку этого обыска провели и правозащитники – на ней видно, как избивают инвалида – авт.).

Практика Верховного суда РФ показывает, что такие следственные действия признаются недопустимым доказательством.

А значит, полученные в ходе этого обыска все вещественные доказательства, да и само заключение эксперта Баклиной являются недопустимыми.

Показателен пример по расчетным листкам «потерпевшей» Новоселовой.

Эксперт не смогла ответить на вопрос, какая задолженность была у этой «потерпевшей» на начало месяца (а ведь все должно быть установлено достоверно, неопровержимо). Два разных по содержанию расчетных листка за один и тот же месяц - какому из них доверять?

Баклина заявила: полагала недостаточным, что ей дали на экспертизу только копии расчетных листков - выплаты сопоставить нельзя, ведь они могут быть и через кассу, но реестр не предоставили.

В результате сама же эксперт назвала эти «доказательства» «кучкой мусора, который она вернула следователю».

Получается, это кучку мусора мы так долго исследовали с Вами в суде?..

«Потерпевшие» не смогли назвать суммы задолженности

Большая часть «потерпевших» не смогла назвать ни точную сумму задолженности, не ее периоды.

Все показали, что, помимо зарплаты на счет в банке, получали и из кассы по ведомостям. При этом называли порой приблизительные суммы, многие показали, что получали из кассы не единожды… Согласились, что может быть переплата и готовы были обсуждать этот вопрос…

И самое интересное: все отзывались о Нателе Полежаевой как о хорошем руководителе, который создал отличный рабочий коллектив, в котором хотелось работать! Изъявляли желание и дальше работать в «Рассвете»… Многие показали, что знали о финансовых трудностях, которые считали временными и готовы были ждать….

Не это ли обратная сторона медали дела в невыплате зарплаты - в том, что не всегда управленец реально уклоняется от обязанности выплачивать. Нередко он просто ставит более долгосрочные интересы работников выше, чем сиюминутные выплаты.

Чем доказано, что Полежаева имела личную выгоду?

Относительно корыстной выгоды Полежаевой: чем доказано, что она ее имела? Ей не выплачивалась зарплата, дивидендов она не получала…

Обвиняют, что желала повысить свой личный авторитет, сохранив имидж Центра реабилитации, создав видимость его финансового благополучия.

Но - видимость финансового благополучия можно было бы сохранять, умалчивая о трудностях, предоставляя ложную информацию.

Полежаева же, напротив, не только обращалась во все инстанции – Правительство Омской области, региональные министерства, к депутатам всех уровней, в ФАС (где рассказывала о финансовых трудностях), но и подключила СМИ - во всеуслышание заявив о нестабильности финансирования, участвовала в Круглых столах.

Не боясь потерять личный авторитет, она предпринимала меры, чтобы сохранить коллектив, выплачивать достойную заработную плату, продолжать оказывать медицинскую помощь!

Все расчеты, проводимые с ООО «Сибриелтинвест» (у которого Центр реабилитации арендует помещение) - это расчеты за услуги, необходимые для деятельности Центра.

Суду не представлено доказательств, что она имела от этого личную выгоду!

Зато доказано, что выплаты, указанные в обвинительном заключении, осуществлены в период, когда Полежаева еще не была директором.

И, конечно, Натела Олеговна не «прикрывалась инвалидами как живым щитом». Она вдохновляла и продолжает вдохновлять своих пациентов на борьбу за здоровье – чтобы не опускали руки, а могли жить полноценной жизнью…

Знаете, сколько желающих было прийти на суд? Полежаева убеждала их этого не делать, чтобы не навредить здоровью.

Назначение уголовного судопроизводства – и защита личности от незаконного обвинения

Теперь о неисполненных судебных решениях: все они, за исключением одного, вынесены в период, когда Натела Полежаева не являлась директором ЦР «Рассвет». И представители организаций, заинтересованные в дальнейшем сотрудничестве с «Рассветом», показали суду, что сотрудничали с Центром длительное время, никто не желал привлекать его директора к уголовной ответственности - это обычные гражданско-правовые отношения.

Так что же происходит?

Пока руководителем ЦР «Рассвет» являлся Ламбин, исполнительное производство спокойно шло своим чередом… Работа судебных приставов активизировалась, когда директором стала Полежаева - чего стоит ее задержание этой службой!

Причем требование, которое приставы якобы вручали Нателе Олеговне 25 января 2018 года, носит избирательный характер. По нему получается, что приставам неинтересны были исполнительные производства по зарплате, налогам, а интересны юрлица и потерпевшая - которая отказалась признавать себя таковой!

Сами приставы Попова и Воропаева заявили, что Полежаева препятствий им не чинила - всегда шла навстречу, новых счетов не открывала, деньги и имущество не скрывала, предоставляла отчеты по перечислению зарплаты…

Обвинение по ст. 315 УК РФ является несостоятельным и потому, что при имеющихся у ЦР задолженностях по второй и третьей очередям денежные средства не могли быть направлены на оплату по исполнительным листам в пользу юрлиц в полном объеме…

В обвинительном заключении – в основном домыслы, основанные на неточных показаниях потерпевших и заключениях экспертов, которые сами же заявили в суде о необходимости повторных экспертиз (!); на недопустимых доказательствах.

А вот защита предоставила суду неопровержимые доказательства (кассу организации, расчетные листки, другие свидетельства и документы).

Назначением уголовного судопроизводства является защита не только прав потерпевших, но и личности от незаконного и необоснованного обвинения.

Уверена, что суд даст оценку всем исследованным доказательствам и на основе этого примет единственное верное решение – оправдать Нателу Олеговну.

поддержать рублём «НГ-Регион»
Хотите получать уведомления о свежих новостях?ДаНет