Новости
«Пусть в Омске научатся роды принимать!»
На этой неделе выигран очередной иск роженицы - против Городского перинатального центра
Из семейного архива

На этой неделе омичка Нина Самойлова (фамилия изменена) выиграла иск против Городского перинатального центра (БУЗОО «ГКПЦ» - роддом № 1). Нина обратилась в суд после того, как ее сын Артем родился тяжелым инвалидом. За свои и своего малыша страдания молодая мать требовала с роддома компенсацию морального вреда в 2 млн руб. – по миллиону себе и ребенку. В результате решением Первомайского райсуда Омска с роддома взыскано в пользу матери и ребенка по 75 тыс.руб.

«Новая газета-Регион» уже рассказывала об этом деле.

В женской консультации патологий у матери и плода не выявили. В половине восьмого утра ее по скорой доставили в перинатальный центр - роды планировались естественные. В 9.40 перевели в родзал, а примерно через час сердцебиение плода стало резко меняться (от 200 до 90 ударов в минуту). Однако экстренных мер акушеры не предприняли: лишь в 17 часов стали активно «помогать» роженице.

- Врач Ольга Яковлева и второй медработник встали у меня по бокам, сцепили руки и навалились всем весом, выдавливая ребенка локтями, - вспоминает Нина. – Мой муж Евгений (роды были партнерские, в его присутствии) испугался за малыша и спросил, можно ли так делать? Яковлева успокоила его: «Все нормально…». Только потом мы прочли, что это один из самых травматичных приемов, который может привести к асфиксии малыша и кровоизлиянию в мозг.

Когда Артем появился на свет, Яковлева, по словам Нины, ушла из родзала.

- Яковлева вышла, как только ребенок родился – остались неонатолог, акушерка и Женя. А сын не дышал! Когда акушерка показала его мне и мужу: «Смотри, кого родила!», он был синий, обмякший, не плакал. Муж встревожился: «Что с ребенком?». Я никогда не забуду интонации, с которой ему ответила медработник – с претензией в голосе: «Он устал». Когда перерезали пуповину и положили сына на столик, его кожа уже потемнела до баклажанного цвета! Муж заметил панику в глазах врачей. Неонатолог стала надавливать пальцами в области сердца, но без толку. Тогда медики …принялись взвешивать сына и измерять рост – вместо того, чтобы бегом нести его в реанимацию, подключать дифибриллятор! – Нина плачет.

Реаниматолога, по утверждению супругов, вызвали через 10 минут с момента рождения Артема (Евгений засекал время).

Затем, говорит Нина, произошло то, что ввергло их с мужем в шок:

- Медработники при нас порвали историю родов и переписали заново. А замминистра здравоохранения области Ольга Богданова, которой мы это потом рассказали, ответила, что так и надо. Мол, написали две одинаковые истории, зачем лишняя? Задержку с реанимацией Богданова объяснила нам так: врачам показалось, будто сын шевельнулся…

Кстати, выводы комиссии облминздрава в очередной раз были в пользу врачей: все сделали правильно. А роженица – наоборот (когда отказалась от госпитализации в 39 недель).

Однако эксперты Санкт-Петербургского бюро СМЭ причиной поражения мозга малыша назвали асфиксию. Основным фактором, согласно заключению СМЭ, явилась гипоксия (кислородное голодание) в родах, которую медики не уменьшили из-за недостаточного КТГ-мониторинга плода. При всем этом причинно-следственная связь между дефектами медпомощи и инвалидностью малыша, по мнению экспертов, лишь косвенная.

Когда готовился этот материал, маленький Артем был еще жив – ему исполнился год и два месяца.

- Половину жизни сын провел в реанимации. У него не было важных рефлексов: жевательного, глотательного. Дышал через трубку, не мог откашливать мокроту. Слюну приходилось откачивать, иначе захлебнется. И следить за концентрацией кислорода в крови. Только понизится – сразу подавать из концентратора (его нам купил Фонд «Радуга»). Артемку нельзя было оставить одного даже на минуту, – рассказывала Нина.

Несмотря на все трудности, родители мальчика сражались за его жизнь до последнего.

Но прогнозы врачей были неблагоприятные –Евгения и Нину предупредили, что долго малыш не проживет. Так и произошло - рано утром 7 сентября сердце ребенка остановилось.

… После суда представитель истицы, медицинский юрист Вадим Новоселов заявил, что следует обжаловать суммы компенсации:

- По иску о некачественных услугах омской ветклиники (коту сделали «неправильный» укол) суд взыскал в пользу хозяйки животного, которое выздоровело, 50 тыс.руб. А здесь – тяжелая инвалидность ребенка. Такая компенсация – просто издевательство…

Нина же, пока малыш был еще жив, говорила:

- Для меня не в деньгах дело. Пусть научатся роды принимать…

Но теперь ей не до суда…

Зато у «Новой газеты-Регион» в свете последних событий – судов по роддому № 1, роддому № 2 и готовящемуся иску к роддому № 5 – возникли вопросы:

- Почему комиссией минздрава Омской области зачастую делаются выводы в пользу врачей – о том, что медики все сделали правильно, а виноваты сами роженицы?

- Почему выводы комиссии облминздрава зачастую противоречат выводам СМЭ объективны ли члены комиссии (чиновники облминздрава, специалисты подведомственных больниц) при проведении проверок по фактам гибели (инвалидности) младенцев и рожениц?

- Насколько многократное невыявление комиссией облминздрава дефектов медпомощи в роддомах мешает профилактике таких нарушений? И если нарушения своевременно не профилактируются – соответствуют ли чиновники своим должностям?

Редакция опубликует официальные ответы проверяющих ведомств.

Анна Мелехова

поддержать рублём «НГ-Регион»
Хотите получать уведомления о свежих новостях?ДаНет