Новости
В Таврическом доме-интернате люди гниют заживо
Об этом рассказал на круглом столе «Новой…» инвалид Сергей Реет ...

В Таврическом доме-интернате люди гниют заживо - рассказал на круглом столе «Новой…» инвалид Сергей Реет

 Одним из участников круглого стола стал сотрудник «Новой газеты – Западная Сибирь» Сергей Реет.

Сергей и его супруга Ольга – люди с ограниченными возможностями. Живут они в Таврическом доме-интернате для престарелых и инвалидов. Раньше региональное Министерство труда и социального развития выделяло дому-интернату средства на предоставление медицинских услуг, что позволяло, пусть на полставки, но все же приглашать работать различных специалистов – неврологов, эндокринологов, хирургов. Однако в 2013 году чиновники решили, что затраты себя не окупают, и оставили работать (уже на полную ставку) в учреждении только хирурга и двух терапевтов.

В районной поликлинике на это сказали: «Раз у вас есть теперь свои специалисты, значит, к нам – только по Скорой помощи. Если совсем плохо будет, тогда везите». Тогда хирург, считает Реет, понимая, что его диагнозы проверять никто не будет, перестал и особо напрягаться с ними. Буквально определял на глаз, в чем проблема и как ее устранять.

– У моей жены – термический ожог обеих конечностей. И вот как-то осмотрел ее хирург и говорит: «У вас – лигатурный свищ. Необходимо сделать иссечение и вытащить нитку». Ольгу госпитализировали, сделали иссечение, но никакой нитки не нашли, – вспоминает Сергей. – Через две недели – а больше в больнице лежать у нас не положено – ее выписали. Но незадолго до выписки у нее шов «зацвел», и его пришлось «распустить». То есть в интернат ее отправили, грубо говоря, с мясом наружу. Хирург на очередном обходе сообщил моей жене, что у нее «синегнойная палочка». Заключение сделал на глаз и выписал медсестре назначение  – засыпать борной кислотой рану. Открытую рану борной кислотой! Супруга пока из процедурного до комнаты доехала, с ноги у нее натурально дым «пошел». Мы отлепили лейкопластырь, а там  – химический ожог. Вызвали все того же хирурга. Тот пришел и говорит: «Ну, я не знаю, должно было помочь».

В тот же день Сергей Реет обратился к заведующей учреждения, чтобы получить на руки назначение, данное хирургом Ольге. Или хотя бы его копию. Но бумаги в личном деле не оказалось, хотя процедурная  сестра подтвердила, что видела ее и все манипуляции проводила в соответствии с распоряжением доктора. На этом кошмар не закончился. За лечение химического ожога взялся все тот же «специалист», поскольку, как мы помним, в районную поликлинику инвалидам «по пустякам» обращаться запретили. Четыре месяца врачевания под руководством хирурга облегчения пациентке не принесли. Наоборот, женщине становилось все хуже. Наконец, Сергею удалось благодаря старым связям отвезти женщину на прием в городскую больницу. Омские врачи осмотрели Ольгу, сделали снимок ноги и ужаснулись: трофическая язва в запущенной форме, остеомиелит малой берцовой кости под самое колено.

– Операция длилась четыре часа. Коленку чудом спасли, – продолжает Сергей. – Мы подготовили документы, чтобы подать в суд на хирурга. Оставалось только взять копии назначений за четыре месяца. Но из личного дела моей жены они исчезли. 

Когда Сергей спросил, как такое вообще возможно, ему ответили: «Вы в дом-интернат приехали не лечиться, вы сюда приехали доживать».

– Государство признало нас нуждающимися, но как таковой ответственности за нас никто не несет, – говорит Сергей.  

За пять лет, проведенных в доме-интернате, Реет ни разу не слышал о диспансеризации, хотя ее раз в три года обязаны проводить для всех граждан России. Очень странным выглядит анализ крови на сахар. Кровь медсестры берут у инвалидов и пожилых людей не из пальца, как это положено при сдаче такого анализа, а из вены. Потом приходит терапевт и сообщает: «У вас сахар – около семерочки, а облминздрав издал нормативы, по которым показатель сахара до 7,4 считается нормальным». Однако когда Сергей попросил для супруги направление на санаторно-курортное лечение, та же терапевт сообщила ему, что у Ольги сахар – 7,3. И ее нужно «держать на контроле» с такими показателями.

– Я спросил тогда у нее: «А как же распоряжение облминздрава»? – говорит Сергей. Ответить терапевту на это было нечего. Но и направление она, естественно, тоже не дала.

Историй, которые должны были бы – в нормальном государстве – завершиться реальными уголовными делами или скандалами и увольнениями всех ответственных чиновников по цепочке, у Сергея не одна и не две.

Вот, например, в этом году у жильца дома-интерната, пожилого мужчины, заболела нога. Три дня медсестры к нему не подходили, а на четвертый заглянули под одеяло – а у него по ноге опарыши ползают. Сергей попытался сфотографировать эту картину, чтобы потом было что предъявить проверяющим органам или же суду, но его без долгих церемоний вытолкнули из комнаты. Больного же на следующий день отвезли в больницу, где ему отрезали ногу. Отрезали, не опасаясь никаких последствий: все равно заступиться за него некому, и терзать врачей проверками из-за него никто не будет. Кстати, в дом-интернат его, как и Ольгу, отправили с разошедшимся швом. Мол, долечат старика по месту жительства.

– Когда мы обратились в минсоцразвития и труда Омской области с жалобой, нам ответили, что у дома-интерната есть все медицинские лицензии, и переадресовали нас в облминздрав. С облминздрава мы приглашали сотрудников к нам, но никто так и не приехал, – заключает Сергей.

За право жить в доме-интернате инвалиды и пенсионеры отдают 75% своей пенсии. Но то, что, казалось бы, должно быть им гарантировано – приемлемые бытовые условия, качественное медицинское обслуживание – в реальности зачастую для них недоступно. Бесплатного приема или обследования по ОМС приходится ждать месяцами, тогда как за наличные все разрешается в тот же день. Многие лекарства приходится покупать на свои деньги, так же, как и одежду. А жилой площади на инвалида-колясочника – всего пять квадратных метров. При этом жильцов при каждом удобном случае попрекают: «Вы нам еще должны!».

Выступление Сергея Реета на круглом столе:

 

 

 

поддержать рублём «НГ-Регион»
Хотите получать уведомления о свежих новостях?ДаНет